ПРЕСС-РЕЛИЗ
Суд признал ничтожными кредитные договоры, заключенные между истцом и банком, применив последствия недействительности сделок, со взысканием в пользу истца компенсации морального вреда.
Суд установил, что в 2024 году от имени истца с банком заключались кредитные договоры посредством использования системы дистанционного банковского обслуживания, при этом в электронной форме осуществлены действия по входу в мобильное приложение по подписанию кредитных договоров, зачислению средств на счет и последующему их переводу третьим лицам по номеру телефона истца, в отношении которого договор оказания услуг связи с истцом был прекращен с 11 января 2022 года и принадлежал иным лицам.
Суд, заслушав доводы сторон, изучив материалы дела, пришел к выводу, что банком не представлено достоверных доказательств надлежащей идентификации лица при обращении за получением кредитов через онлайн-систему банка и заключения кредитных договора истцом или по его инициативе. Обстоятельств, свидетельствующих о передаче истцом третьим лицам кодов доступа и паролей, в ходе производства по делу не установлено, напротив, учитывая, что телефонный номер, зарегистрированный в системе банка, истцу на момент заключения кредитных договоров не принадлежал, направленные банком в личный кабинет истца коды, на основании которых произведены все операции, могли быть введены независимо от воли истца, который, со своей стороны, предпринял активные действия по аннулированию договоров. Заключение договоров в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующие договоры, и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением таких договоров. Таким образом, договоры, заключенные в результате мошеннических действий, являются ничтожными.
Поскольку со стороны банка при оформлении кредитных договоров не было принято надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде, что повлекло нарушение прав истца, как потребителя финансовой услуги; принимая во внимание, что доказательств наличия со стороны истца злоупотребления правом не имеется, с банка в пользу истца взыскана компенсация морального вреда.
Решение в законную силу не вступило.
